Плод нашей нелюбви [СИ] - curly_Sue

Ты ребенка своего чуть не убил из-за меня? – усмехнулась она, скрестив руки на груди. – Нет, дорогой, хватит на меня стрелки переводить! Все сделал ты сам! Ты сказал про выкидыш, ты чуть не убил малыша собственноручно, и моей вины в этом нет! Во всем виноват ты и только ты!

- Да пошла ты! – психанув, Билан пулей вылетел из комнаты.

- От себя не убежишь! – вслед ему крикнула Виктория и заплакала.

Переступив порог рабочего кабинета, Дима вышел на балкон. Сейчас в нем бушевали две эмоции: печаль – от понимания, что Вика абсолютно права: никто тогда в ресторане не тянул его за язык, никто не дергал за ниточки, как куклу-марионетку, приказывая совершить самую большую ошибку в жизни – и радость от того, что Поля призналась в том, что она чувствует. Вот только нужно было понять: как теперь жить-то дальше? Как смотреть Поле в глаза?..

Закурив сигарету, молодой человек набрал номер Полины Гагариной. Через пару минут он услышал ее возмущенный говор:

- При первой же встрече я тебе рожу расцарапаю! – грубо предупредила подруга. – Билан, я по-человечески просила тебя: НЕ ЛЕЗЬ! Не смотри ты в ее сторону, не говори с ней!

- Полин, я... – попытался он оправдаться.

- Так, замолчи и слушай меня внимательно! Какого хера? Билан, блять, разберись в себе! Сначала ты чуть не угробил ее ребенка, потом заявился на день рождения и подрался с Поляковым из-за Поли, – она затаила дыхание и, услышав, как на там конце провода повисла неловкая пауза, добавила: – Да я слышала, что он тогда сказал! А потом ты и вовсе добиваешь ее, говоря о том, как сильно скучал!

Дима нервно посмотрел по сторонам.

- Да я люблю ее! – грубо воскликнул он. – Люблю, черт побери! – мужчина сильно ударил кулаком по перилам. – Я места себе не нахожу, когда она где-то пропадает! Гагарина, пожалуйста, не спрашивай ни о чем. Я тебе клянусь, что больше никогда не обижу Полю! Мне словно глаза открыли, понимаешь? Я больше не вижу человека, которого на дух не переношу. Передо мной мелькает образ маленькой, хрупкой, беременной девушки. С заметным животом, где живет наш малыш! Полин, понимаешь, НАШ. А когда этот урод тявкнул, да мне просто крышу сорвало!

Полина перевела дух и уже более спокойно слушала молодого человека. Вся эта ситуация казалась ей абсурдной и нелепой. Но она уже случилась, поэтому придется только пожинать плоды.

- Дим, – она глубоко вздохнула. – Что ты от меня хочешь? Ты вообще понимаешь, что ты натворил? Да если бы при мне, беременной кто-нибудь заикнулся о выкидыше, я не знаю, что бы я сделала!.. И эта история с фотографией... Скажи честно, неужели ты подумал, что Пелагея способна на такое?

- Нет, но...

- Так, какого же хрена ты тогда устроил? – девушка вновь начала повышать голос.

- Гагарина, зачем обсуждать это тысячный раз? Все равно уже ничего не исправить...

- Да хоть тысячу раз, Дима! Я не понимаю, как можно было чуть не швырнуть человека в стену, которого ты любишь! Да еще и беременную, в конце концов! Да вообще, как можно было поднять руку на девушку?

Билан вздрогнул.

- Полин, что мне делать? – впервые, наверное, за столь огромный период их с Димой дружбы, Полина услышала в его голосе столько отчаяния и сожаления. – Я ненавижу себя, я ненавижу эту чертову Вику! Я готов на все ради Поли, но только скажи, что... Что мне нужно сделать, чтобы Пелагея простила?

- Дим... – задумчиво прошептала подруга. – Оставь ее, пожалуйста. Если ты любишь ее, то отпусти! Ты причиняешь ей только боль! Поверь, это самое лучшее, что ты можешь сделать для Пелагеи. Я думала, что с ней вчера что-нибудь случится, правда. Дим, ты даже не представляешь в каком она была состоянии. Я никогда не видела свою подругу такой! Никогда. Да она задыхалась от слез! Дим, а сейчас я сижу и думаю, а если этой дурынде что-нибудь в голову взбредет? Что будет тогда?

Каждое слово Полины причиняло Диме невероятную боль, какую приносят ножевые порезы.

- Полин, но я ведь помириться хотел... Мне надоела эта игра!

- Хотел, да? Но не подумал, а сможет ли она простить тебя за все? А за случай в гримерке?

- Она тебе что-нибудь говорила?

- Дим, если ты думаешь, что ей было просто выгнать тебя, то ты очень сильно ошибаешься. Но как бы она не скучала по тебе, по вашей дружбе... Я не знаю, что должно произойти, чтобы Поля смогла все забыть и простить.

- Полин, я люблю ее, – прошептал он, нервно постукивая пальцами по перилам. – Я знаю, что я урод, скотина, мразь последняя, но... Полина, что мне делать? Ты мне веришь, что я люблю Пелагею и все говорю от чистого сердца?

- Верю, – не колеблясь, ответила Гагарина. – Я еще там, в клинике, поняла, что любовью все и закончится. Ну, точнее, что ты сможешь себя перебороть. Ты не такой человек, Дим, чтобы бросить беременную от тебя девушку и делать вид, что ничего не произошло. И как бы я тебя ни ругала, я прекрасно понимала, что все твои скандалы об этом походе в ночной клуб на Новый год, и когда она в обморок упала... Дима, ну можно же было помягче сказать.

- Полина, если бы я мог вернуться в прошлое...

- Живи настоящим, – коротко посоветовала подруга. – Это будет намного